Previous Entry Share Next Entry
Война в Корее - 12 апреля, воздушный бой
США не летали на Луну!
ant_63
Война в Корее! Необъявленная война США против СССР!

Кто на кого напал? СССР утверждал, что первые напали США - их войска пересекли 38-ю параллель. США утверждают, что это войска Северной Кореи пересекли 38-ю параллель. Этот спор конечно интересен, но для нас все началось с бомбежек США по Дальнему Востоку - они якобы ошиблись и не поняли, что уже летят над СССР.

ВВС США нанесли бомбовые удары по аэродромам СССР на Дальнем Востоке. Т.е., они фактически напали на нас и война с США пошла без объявления войны друг-другу. США в тот период только организовали НАТО и война в Корее это было их боевое слаживание, формирование структуры управления и финансирования. Американской банде была нужна эта война, чтобы наладить бесперебойное финансирование в дальнейшем и поддерживать тезисы Холодной войны. На этом еврейская банда Запада кормилась потом 40 лет, за счет производства вооружений и поборов со стран Европы (НАТО).


 Один из самых массовых налётов американской авиации произошёл 12 апреля, в так называемый Чёрный четверг 1951 года, когда американцы пытались бомбить железнодорожный мост через реку Ялуцзян у населённого пункта Сингисю. Это была единственная железнодорожная магистраль, по которой снабжались северокорейские войска. В схватке участвовало более сорока бомбардировщиков B-29. Это огромная машина, способная нести более 9 тонн бомбовой нагрузки. Её оборонительное вооружение включало полторы дюжины крупнокалиберных пулеметов. Именно такой самолет сбросил атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки.

 B-29 действовали под прикрытием сотни истребителей F-80 и F-84, разбитых на мелкие группы. Кроме того, в налёте участвовали группы сковывающих истребителей F-86, насчитывавшие ещё около пятидесяти самолётов.

  На отражение этого налёта с аэродрома Аньдунь было поднято 36 МиГ-15 из состава 324-й Свирской авиадивизии, которой командовал Иван Никитович Кожедуб. Бой проходил на высоте 7-8 тыс. метров в течение 20 минут. МиГ-15 парами и четвёрками атаковали группы B-29 не обращая внимание на группы сопровождения. В итоге было сбито 14 американских самолётов — десять B-29 и четыре Сейбра - F86. До цели долетели только три B-29 и мост не разрушили.

 Среди наших самолетов два получили незначительные повреждения и самостоятельно вернулись на аэродром.

12 апреля - черный день авиации СЩА. Лётчик-ас генерал-майор авиации Сергей Макарович Крамаренко вспоминает: В-29 - тех самых, что сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки и готовились сделать, то же самое с десятками городов СССР (в соответствии с планами войны против Советского Союза «Totality», «Pincher», «Dropshot», «Broiler/Frolic», «Charioteer», «Halfmoon/Fleetwood», «Trojan», «Off-tackle» и другими, принимавшимися, начиная с 1945 года, и совершенствовавшимися по мере накопления Соединёнными Штатами ядерного оружия).

12 апреля мы, как обычно, с рассветом прибыли на аэродром. Осмотрели самолеты. Дежурное звено было в готовности № 1 (4 летчика в самолете в готовности к немедленному вылету), остальные летчика расположились у самолетов или отдыхали в непосредственной близости от аэродрома. Внезапно поступила команда: всем быть готовыми к взлету. Не успели сесть в самолеты, как последовала команда: «Всем запуск и взлет».

Один за другим «МиГи» начали выруливать на взлетную полосу. Взлетела первая эскадрилья, затем вторая, потом наша, третья. Я во главе шести самолетов находился в группе прикрытия. Наша задача – не дать вражеским истребителям атаковать две передние эскадрильи, составляющие ударную группу, основная задача которой – атаковать бомбардировщики и штурмовики противника.
Вслед за нашим полком, который возглавлял подполковник Вишняков, поднялся в воздух и полк подполковника Пепеляева. Это был первый случай, когда Кожедуб поднял в воздух все боеспособные самолеты нашей дивизии. На земле осталась только дежурная пара.
Впоследствии полковник Кожедуб рассказывал, что в тот день с радиолокационных станций поступило сообщение об обнаружении большой группы самолетов противника, направлявшихся в сторону нашего аэродрома. Он обратил внимание, что скорость полета этой группы была небольшой – около 500 км/час. Ориентируясь на скорость (у истребителей скорость обычно была 700–800 км/час), он понял, что летит большая группа бомбардировщиков, и поэтому решил, что для отражения этого массированного налета необходимо поднять в воздух все истребители дивизии. Решение было рискованным, но, как оказалось, совершенно правильным.
Набрав высоту, стремясь догнать переднюю эскадрилью, я увеличил обороты. Идем с набором высоты на север. Под нами горы, справа – узкая голубая лента воды. Это река Ялуцзян. За ней – Северная Корея. Высота 5000 метров. Полк начинает плавный разворот вправо. Я увеличиваю крен, срезаю разворот, за счет меньшего радиуса догоняю переднюю группу и занимаю свое место примерно в 500–600 метрах сзади ударной группы.
Пересекаем реку и идем на юг. С командного пункта передают, что навстречу в 50 км идет большая группа самолетов противника. Высота 7000 метров. Я набираю на всякий случай еще 500 метров над ударной группой. Боевой порядок занят.
Вскоре ведущий нашего полка передал: «Впереди слева внизу противник». Смотрю влево вниз. Навстречу, слева и ниже, летят бомбардировщики – две группы огромных серых машин. Это знаменитые американские «летающие крепости» Б-29. Каждая такая машина берет на борт 30 тонн бомб, имеет на вооружении 8 крупнокалиберных пулеметов.
Бомбардировщики летят ромбами из 4 звеньев по 3 самолета, всего 12 самолетов в группе. Затем еще 3 ромба. За ними сзади на 2–3 км и чуть выше нас летят десятки истребителей, целая туча серо-зеленых машин. Около сотни «Тандерджетов» и «Шутинг Старов».
Командир полка дает команду: «Атакуем, прикрой!» – и начинает левый разворот с резким снижением. Ударные группы – восемнадцать «МиГов» – устремляются за ним вниз. Истребители противника оказываются сзади и выше наших атакующих самолетов. Самый опасный момент. Настало время и нам вступить в бой.
Группе прикрытия надо сковать истребителей противника и, связав их боем, отвлечь от защиты своих бомбардировщиков. Даю команду ведомым: «Разворот влево, атакуем!» – и начинаю резкий разворот влево с небольшим набором высоты. Оказываюсь сзади и ниже ведущего группы американских истребителей, в самой их гуще. Быстро прицеливаюсь и открываю огонь по переднему самолету группы. Первая очередь проходит чуть сзади, вторая накрывает его. Он переворачивается, из сопла его самолета идет сизо-белый дым. «Тандерджет», крутясь, уходит вниз.
Американцы от неожиданности, не понимая, кто их атакует и какими силами, опешили. Но это продолжалось недолго. Вот один из них дает по мне очередь, трасса проходит выше самолета, но устремившиеся за мной Родионов и Лазутин со своими ведомыми, видя, что я в опасности, открывают по нему и другим самолетам огонь. Видя перед собой трассы, американцы отворачивают, и я получаю возможность стрельбы по следующему самолету, но в этот момент впереди меня проходит трасса. Смотрю назад: один из «Тандерджетов» стреляет метров со ста. В этот момент через него проходит трасса снарядов авиапушки Лазутина. Несколько снарядов взрывается на самолете. «Тандерджет» перестает стрелять, переворачивается и уходит вниз.
Перед носом самолета новая трасса. Я резко хватаю ручку на себя. Самолет выполняет что-то немыслимое, то ли виток скоростного штопора, то ли бочку, и я оказываюсь внизу и сзади под «Тандерджетом». Атакую этот «Тандерджет» снизу, но он уходит резким разворотом влево. Проскакиваю мимо двух «американцев». Родионов стреляет по ним. Они резко разворачиваются и уходят вниз. Мы выходим над ними вверх. Смотрю вниз. Находимся как раз над бомбардировщиками. Наши «МиГи» расстреливают «летающие сверхкрепости». У одной отвалилось крыло, и она разваливается в воздухе, три или четыре машины горят. Из горящих бомбардировщиков выпрыгивают экипажи, десятки парашютов висят в воздухе. Такое впечатление, что выброшен воздушный десант.
Пропустив начало атаки нашей группы, они теперь пытались отыграться на замыкающих. Выйдя косой петлей из-под огня «Сейбров», Милаушкин продолжал преследовать группу «крепостей» и, увидев, что одно из звеньев отстало от группы, атаковал его, передав ведомому – Борису Образцову:
– Атакую ведущего, ты бей правого.
Сближение происходило стремительно, в прицеле быстро вырастал бомбардировщик. После открытия огня на фюзеляже и моторах «крепости» появились разрывы снарядов. «Крепость» задымилась и стала снижаться. Вторая «крепость», по которой стрелял Образцов, загорелась также.
Экипажи подбитых самолетов стали выпрыгивать, остальные повернули назад. Потом еще 4 подбитые «летающие крепости» упали по дороге домой или разбились на аэродромах. Тогда были взяты в плен около 100 американских летчиков.
После боя почти в каждом нашем «МиГе» нашли по 1, 2, 3 пробоины. У одного было 100 пробоин. Но больших повреждений не было, в кабину ни одна пуля не попала.
Этот день, 12 апреля, американцы назвали «черным вторником» и потом месяца три не летали. Попробовали сделать еще один налет, но если в первом бою было сбито 12 Б-29, то во втором мы уничтожили уже 16 «летающих крепостей».
Всего же за три года войны в Корее было сбито 170 бомбардировщиков Б-29. Американцы потеряли основные силы своей стратегической авиации, находящиеся на Юго-Восточном театре военных действий. Днем они больше не летали, только ночью одиночными самолетами. Но мы били их и ночью.
У американцев потом еще долго не проходил шок от того, что их бомбардировщики, которые считались самыми мощными, самыми неуязвимыми, оказались беззащитными перед советскими истребителями. А мы после первых боев стали называть «летающие крепости» «летающими сараями» – так быстро они загорались и ярко горели.
За тот бой, успешное выполнение заданий командования и проявленное при этом мужество и отвагу гвардии капитану Крамаренко Сергею Макаровичу Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 октября 1951 года было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».









Recent Posts from This Journal


  • 1
  • 1
?

Log in